200 тысяч или 5 миллионов: дефицит строителей

Что сказано

6 августа 2026 года в интервью ТАСС Хуснуллин сказал, что стройке не хватает примерно 200 тысяч человек, и что это много. Через два дня он же предложил навести порядок в работе мигрантов и вывести тех, кто работает легально, в белую зону.

Цифра 200 тысяч звучит скромно на фоне того, что говорили раньше. Посмотрим, как менялись оценки.

Рисунок 1

Как менялась оценка нехватки рабочих в стройке

По заявлениям официальных лиц, млн человек

Источники: Интерфакс, 24 июня 2021; РБК Недвижимость, 8 февраля 2022; РБК, 20 декабря 2024; Коммерсантъ, 6 августа 2026. Подписи под столбцами это наша расшифровка того, что измеряла каждая оценка.

Что стояло за каждой цифрой

Если смотреть только на столбики, кажется, что проблема решилась в 25 раз. Но отрасль за это время не сжалась и не наполнилась людьми. Объём работ в 2025 году вырос на 2,5 процента, занятость в строительстве по Росстату держится около 6,5–7 миллионов человек. Значит, менялось не положение дел, а вопрос, на который отвечала цифра.

Рисунок 2

Четыре вопроса под одним словом

Что именно измеряла каждая оценка

Цифра	На какой вопрос она отвечает	От занятых
5 млн, 2021	Сколько людей понадобится за три года, если ввод жилья вырастет до 120 млн кв. м. Это планирование вперёд	≈75%
2 млн, 2022	Сколько мигрантов уехало после пандемии и не вернулось. Это оценка выбытия	≈30%
200–400 тыс., 2024	Сколько вакансий открыто официально, по опросам НОСТРОЙ и данным служб занятости	3–6%
200 тыс., 2026	Та же метрика при снизившихся объёмах стройки	≈3%

Расчёт Пускового. Доля от занятых считается от 6,5–7 млн человек в строительстве по Росстату. Все четыре оценки корректны в своей логике, сравнивать их между собой напрямую нельзя.

Пять миллионов были планом под рост. Два миллиона были реакцией на отъезд людей. Двести тысяч это то, что работодатели оформили как вакансии. Ни одна из них не описывает, сколько рук реально не хватает на площадке в понедельник утром, потому что значительная часть отрасли работает в серой зоне. Сам Хуснуллин говорит об этом открыто.

Дефицит рабочих в стройке существует. Но у него нет одной цифры, потому что нет одного вопроса. Прежде чем спорить о числе, стоит договориться, что именно считаем.

Что делает правительство

Направление задано понятно. Хуснуллин в декабре 2024 объяснял, что дефицит сложился из-за роста объёмов стройки на 30 процентов при отставании производительности. Цель на 2030 год названа, плюс 22 процента производительности. Глава Минстроя Ирек Файзуллин в марте обращал внимание, что 87 процентов малых предприятий этим пока не занимаются. То есть ставка сделана на то, чтобы закрывать нехватку не людьми, а выработкой. Это правильный вектор, и он снимает вопрос о том, какая из цифр дефицита верная.

Пример с Дубаем, который вице-премьер привёл в том же интервью, показывает вторую сторону. Там стройка держится на приезжих рабочих при высоких зарплатах и жёстких квотах. Глушков из НОСТРОЙ ещё в 2022 году отмечал, что часть мигрантов уехала с российских строек именно туда. Значит, конкуренция за рабочих идёт не внутри страны, а между странами, и решается зарплатой.

Что было бы полезно считать

Две цифры, которые уже есть в открытых данных и не зависят от трактовки.

Первая. Выработка на одного занятого в сопоставимых ценах, Росстат публикует её ежегодно. Если она растёт, дефицит закрывается технологией и организацией. Если стоит, никакое число вакансий его не закроет.

Вторая. Зарплата строителя относительно средней по экономике. Пока стройка платит меньше склада и доставки, люди будут выбирать склад, и дефицит останется, как бы его ни считали.

Считать дефицит можно по вакансиям, по планам под рост или по числу уехавших. Каждый счёт сойдётся, и каждый даст свою цифру. Выработка на занятого и зарплата относительно средней по экономике одинаковы для всех, кто бы их ни называл.